Понедельник, 1:22 22 Июль 2019

Сайт обновлен21.06.2019

Вы здесь: Главная страница Ветераны сегодня Ваши воспоминания И снова снится мне Афган...

И снова снится мне Афган...

Каждый год 15 февраля, шадринцы отмечают очередную годовщину вывода советских войск из Афганистана. Среди тех, кто почитает память ушедших товарищей, вспоминает боевых друзей, ветеран афганской войны Андрей Яков.

Андрей родился в селе Черемисское в 1968 году, там закончил восьмилетку, среднее образование получил в Нижнеполевской школе. Сразу после учебы было у него большое желание поступить в Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище, тогда большинство парней мечтали носить голубые береты. Но в 9-10 классах не было у них учителя иностранного языка, а как раз в тот период в училище ввели вступительный экзамен по этому предмету, и «неуд» был гарантирован. Предлагали ему поступать в другое училище, да настраивался он попасть именно в братство десантуры. Потом уже узнал, что экзамен отменили и вместо него проводили простое собеседование. Но поезд, как говорится, уже ушел, время для поступления было потеряно. Никуда документы больше отдавать не стал и до призыва на срочную службу трудился в совхозе «Шадринский» разнорабочим.

Осенью 1986-го призвали в погранвойска на Дальний Восток. Три месяца в «учебке» пролетели незаметно, и началась служба на именной заставе имени героя-пограничника Михаила Павленко. Ровно через год перебросили в Среднеазиатский военный округ и распределили в краснознаменный Керкинский погранотряд, где прошел спецподготовку. Вскоре, 30 ноября 1987 года (этот день, как и 15 февраля 1989 года, запомнился на всю жизнь) в составе 3-й мотоманевренной группы, как называлось подразделение особого назначения резерва погранвойск, вступил на территорию провинции Джаузджан соседней страны, где уже несколько лет шли боевые действия.

– В зону ответственности отряда входило 100 км от нашей границы вглубь территории Афганистана, – рассказывает Андрей Владимирович. – Обязанности подразделения заключались в охране наших специалистов, имевшихся там газовых месторождений, а также комбината по переработке газа, перекачивающей станции и газопровода с мостом. Плюс сопровождение транспортных колонн из Союза, участие в перехвате караванов, перевозивших оружие и боеприпасы для духов, наркотики всех разновидностей.

Однажды их группу подняли глубокой ночью, что было в общем-то не совсем обычно. Накануне душманы обстреляли территорию Советского Союза реактивными снарядами, и теперь разведка получила информацию, что они собираются обстрел повторить и, в частности, повредить мост с газопроводом. Выдвинулись на перехват каравана с ракетами. Дошли до гряды барханов, старший группы построил всех и спрашивает, как дальше поедем, по дороге – 42 км, напрямую – 9.  Конечно, напрямую. В результате эти километры преодолели за 11 часов. Почему ехали долго? Барханы, достигающие высоты 150-200 метров, имеют свойство двигаться, точное их расположение зафиксировать невозможно. Посмотрели – вроде есть проход, а в результате барханы сузили его до караванной тропы. Все, тупик. Но все же поднялись. Первым зашел БТР, затем Андрей на своем ЗИЛ-131 забрался, лебедкой затаскивали ГАЗ-66. Пока бойцы преодолевали гряду, над ними вертолеты начали кружить, потом один из бортов на соседний бархан приземлился. Десантники из ДШГ погранотряда интересовались, все ли в порядке. Оказывается, по рации им сообщили, что выдвинувшаяся на перехват группа попала в засаду. Но все обошлось, прошли нормально, ночью караван задержали. Ожидалось, что везут реактивные снаряды, а он был загружен «мелочью» – стрелковым оружием, боеприпасами к нему...

Спрашиваю собеседника, как складывались отношения с местным населением?

В принципе нормально, отвечает, правда, однажды случилось недоразумение, связанное с водой. Она там в дефиците. Водой бойцы снабжались из арыков. В расположении группы были вырыты так называемые хаузы, небольшие водоемы для хранения запаса воды на период прекращения ее подачи по каналам. Их периодически заполняли. В какой-то момент местным жителям воды не хватило, и они стали перекрывать арык, и ребята остались без воды. Командир мотогруппы попытался договориться с местными, но нормального разговора не получилось. Во второй, третий раз – та же история. Тогда выгнали БМП на прямую наводку и расстреляли плотинку. После этого старейшины кишлака, близ которого дислоцировались группа, сами вышли на командира и пришли к соглашению, что, когда солдатам понадобится вода, они просто будут ставить их в известность. А серьезных конфликтов не было, тем более шурави, как называли афганцы советских военнослужащих, частенько подкармливали их, особенно вечно голодных ребятишек хлебом, тушенкой-сгущенкой. Из Союза стройматериалы, технику поставляли. Уже перед самым выводом войск большая колонна пришла – привезли трактора с навесным оборудованием, плуги, сцепки. Советский Союз стремился помочь сельскому хозяйству Афганистана...

Как признается Андрей Владимирович, серьёзные боестолкновения он не застал, Бог миловал и от пули, и от осколков. Но хотя у них был относительно спокойный участок, «прелестей» минной войны довелось испытать немало. Среди его друзей и раненые были, и тяжело контуженные. Земляк Игорь Беляев из Агапино командовал БМП, так его механика подстрелили из «бора» – снайперской винтовки большой мощности. Петя Захаров с БМД подорвался на фугасе.

– На одно из заданий должен был ехать я, – вспоминает собеседник, – моя машина уже загруженной стояла. А перед этим Андрюха Баев новенький ЗИЛ получил и упросил командира послать его вместо меня. Машины перезагрузили, и группа отправилась в путь. Так получилось, что именно тезка на фугас попал. Вот и не верь после этого в судьбу. А вообще на войне всякое бывает. Из Москвы к нам прилетал один спец, три раза участвовал в боевых выездах и три раза подрывался. С ним уже начали опасаться выезжать на задания, притягивал он несчастья, что ли...

Спрашиваете, что было самым тяжелым? Вот эти потери товарищей. А в бытовом отношении нормально служба протекала. Летом там настоящее пекло, до 60 градусов температура поднималась. Помню, в мой первый выезд на боевые ребята поопытней спрашивали, взял бушлат или нет. Думаю, пацаны прикалываются, жарища же несусветная. А они говорят – бери-бери, и одеяло не забудь. Ночью, действительно, начало трясти как от жуткого холода. Температура опустилась до 20 градусов, и этот перепад температур очень сказывался.
С питанием никаких проблем, овощи все свежие, продукты в крайнем случае консервированные. Там и готовить научился, на гражданке никогда этим не занимался. Готовили по очереди. Когда пришел мой черед, я парням говорю, что не умею ничего, а они – ладно, не заморачивайся, молочницу подготовь. Выливаешь в воду сгущенку, вермишель покрошил, вскипятил и подавай к столу. Я сейчас что угодно могу приготовить, когда вернулся, своих домашних оладушки с содой печь научил.

Весточки от родных были как бальзам на душу. Пока служил в Афгане, никто не знал, где нахожусь. Почта шла через Керкинский погранотряд и оттуда доставлялась по Союзу. Перед тем, как отправиться на боевые, сочиняешь десяток писем, потом сослуживцы отправляют их по одному в неделю. Мама постоянно обижалась, почему, мол, не отвечаешь, получил от нас посылку или нет. А как напишешь, если уехал на месяц-полтора...

Мотоманевренная группа Андрея Якова, награжденного медалью «За боевые заслуги», выходила из Афганистана последней. В первой половине дня 15 февраля 1989 года переправился по мосту Дружбы на наш берег командующий 40-й армией генерал Борис Громов, руководивший выводом всех советских войск. И только через несколько часов прикрывавшие их подразделения пограничников вернулись на свою территорию.  Переправлялись на пароме, встречали их местные жители тоже торжественно, под бравурные военные марши.

После армейской службы Андрей Владимирович вернулся в совхоз, работал водителем, потом пришел в Шадринский горотдел милиции, в патрульно-постовую службу. В 1990 году поступил в высшую школу милиции, после учебы два года работал в уголовном розыске, с 1996 года – в управлении по борьбе с организованной преступностью. На пенсию уходил из следственной части в звании майора. Сейчас я спрашиваю ветерана, поддерживает ли он связь с бывшими сослуживцами.

– Сначала со многими переписывался, по сей день поддерживаем контакты с Женей Осиповым из Самарской области, Алмазом Нуриевым из Татарстана. Они славно идут по жизни. Много ребят было с восточной Украины, в основном с Донбасса. Когда там начался конфликт, связь потерялась. Каждый сам свой выбор делает. После службы начались беспросветные 90-е, кто-то из наших в криминал подался, кто-то, как я – в милицию, а многих в живых уже нет. Хорошо, что в последнее время воспитанию подрастающего поколения стали уделять больше внимания. Героями ведь не рождаются, а недавние боевые конфликты показывают, что нынешняя молодежь нисколько не хуже наших отцов и дедов, за Родину она постоять сумеет.

Уже прощаясь, Андрей Владимирович сказал:
– В последнее время все чаще снится мне Афган. С годами понимаешь, что это не самое худшее время было, а может, в чем-то и лучшее. Там настоящая школа жизни, надежная мужская дружба, искренние братские отношения. Такое не забывается.

Фото из армейского альбома Андрея Якова.

BLOG COMMENTS POWERED BY DISQUS