Воскресенье, 16:57 24 Сен 2017

Сайт обновлен15.09.2017

Однажды в кабуле

Согласно официальной версии, в соответствии с заключенными в апреле 1988 года Женевскими соглашениями о политическом урегулировании положения вокруг ДРА последняя колонна советских войск пересекла афгано-советскую границу пятнадцатого февраля 1989 года. Полковник милиции в отставке Александр Мосин помнит этот день, ведь ему самому довелось побывать в Афганистане.

Первая встреча

Восьмого декабря 1982 года Кабульский аэропорт встретил советника Александра Мосина настороженно. Первое, что бросилось в глаза, — человек с ружьем и пустота, которая потом растворилась только на шумной центральной улице Мейванд, где рядом с новенькими, поблескивающими на солнце «мерседесами» и потертыми джипами чинно следовали ослики то с людьми, то с какой-то поклажей, грохотали старинные колымаги — легко и независимо. За всю историю существования афганский народ никогда не находился под игом. В прошлом не преклонился перед многочисленной английской армией. Улица Мейванд и названа в честь победы в 1880 году у местечка с таким названием над английской бригадой лорда Берроуза. В августе 1919 года после трех войн Англия признала суверенитет Афганистана. И эмир Аманулла-хан провозгласил полную политическую независимость страны.
Какова она, Мосин в ту пору знал из наших газет. Читал о том, как в 1973 году был свергнут правитель-король Захиршах своим двоюродным братом Даудом. А в 1978 году после убийства в Кабуле американского посла А. Даббса во время крупного волнения пехотной дивизии в Герате Советский Союз понес первую утрату на афганской земле. Погибший военный советник Николай Бизюков открыл скорбный и очень длинный список утрат. И ему, Мосину, как советнику требовалось по возможности предотвратить дальнейшие потери советского ограниченного контингента. То есть защитить от беды находящихся здесь наших солдат. Поэтому, как только автобус подъехал к советскому представительству, для Александра Мосина и его коллег началась жизнь уже не по мирному расписанию среди народа, живущего в четырнадцатом веке по афганскому календарю солнечной хиджры, в феодальном государстве, который постоянно внимал воле аллаха. Неслучайно в Ташкенте будущие советники до поездки сюда наряду с изучением языка познавали Коран, нормы шариата — кодекс чести и достоинства мусульманина. Подобные знания потом помогали не только в общении с местными жителями, но и при проведении общевойсковых операций, для уничтожения моджахедов, изъятия оружия и наркотиков.

Для сотрудничества в Кабуле Мосину выделили несколько районных отделов царандоя, напоминающих наши территориальные отделы полиции. С ними он и начал работать по сбору информации, позволяющей обеспечить более спокойную обстановку в столице и провинциях. Кроме того, контролировал посты безопасности, которые выставлялись перед всеми въездами в город и административными зданиями. Через переводчика обучал царандоевцев, как верно ориентироваться в различных ситуациях.

Как сказал Александр Мосин, афганцы за короткое время обучения достигли определённых успехов. Для людей, которые, как говорится, родились торговцами, значит, в какой-то мере дипломатами, не существовало больших трудностей. Они быстро адаптировались в любой обстановке, цепко ухватывали нужную информацию. Могли добыть ее самым невероятным способом. Но вместе с тем всегда были непредсказуемы, как древний знаменитый кабульский базар, где можно было купить все — от гвоздя до автомата. Продавцы в нуристанках (войлочных колпаках) и чалмах тут наперебой расхваливали свой товар. Предлагали попробовать золотистые от избытка солнца фрукты и ароматный зеленый чай. Советовали купить медные кувшины и мужские рубашки, звонкие голоса торговцев были слышны за пределами базара. Привлекали к торговым рядам каким-то особым магнетизмом. Но Мосин и его коллеги не ходили туда. Помнили запрет. Останавливало однажды услышанное: пойдешь — убьют. Работа советников в афганской столице осложнялось тем, что они имели дело не с противником в открытом бою, а с моджахедами, которые постоянно растворялись среди местного мирного населения. Среди шума и базарной разноголосицы действительно могли стать незаметными несколько одиночных выстрелов, что не раз и происходило. Поэтому встречи ради получения оперативных данных Мосин назначал в немноголюдных местах: у шашлычной или возле дувала. Сочувствующий правительству Афганистана поспешно передавал ему устную информацию или найденные где-то списки душманов и осторожно удалялся. После этого полученные сведения тщательно проверялись по всевозможным каналам, и, если подтверждались, проводились оперативные мероприятия, либо проходила общевойсковая операция с участием двух армий — афганской и советской.

День, изменивший жизнь.

Наверное, Александр Мосин никогда не оказался бы в воинствующей мусульманской стране, если бы в 1974 году не выдался один день, стремительно изменивший всю его жизнь. В то время его, работника районного отдела народного образования, окончившего биохимический факультет пединститута, вызвал к себе первый секретарь Варгашинского райкома партии и предложил стать замполитом в районном отделе внутренних дел. Объяснил, что воспитательная работа ему знакома, оттого и новая должность покажется интересной. Ведь направлять на истинный путь придется не подрастающее поколение, а своих сверстников.

В самом деле, предложенная работа не только не оказалась скучной, но и определила его дальнейшую судьбу. Поступил учиться в Московскую академию Министерства внутренних дел. Стал начальником Половинского РОВД. С этой должности и уехал в Афганистан.

Что ему показалось там удивительным: афганская столица в плане застройки не выглядела единым поселением. В городе на вершине горы сохранились остатки стены-крепости. По преданию, со времен Александра Македонского. Приходилось проезжать около нее на автомашине на большой скорости, так как могли обстрелять. В городе особенно становилось опасно накануне праздников. Моджахеды то и дело напоминали о себе. Александр помнит, как для борьбы с ними собирали призывников по кишлакам. На каждой улице по двадцать-тридцать человек. Они принимали присягу и служили.

— Вначале новобранцев держали под караулом. Опасались, что вдруг кто-то сбежит. Да и во время спецопераций о маршрутах следования афганцам сообщали уже в пути, чтобы не допустить утечки информации, — сказал Александр Ерофеевич.

Общевойсковых операций в 1982-1984 годах было немало. За участие в одной из них Мосин награжден орденом Красной Звезды. Рассказал, как накануне ее проведения через доверенное лицо получил ценные сведения о том, что в уезде Пагман Кабульской провинции находится много оружия: гранатометов, автоматов, боеприпасов. По разным каналам информация подтвердилась. Операция по изъятию оружия прошла успешно.

Во время походов, бывало, из тайников вытаскивали много исламской литературы, листовок, записок, списков бандгрупп. Такие данные помогали верно ориентироваться в сложившейся обстановке.

Как попали в засаду.

Одной из задач перед царандоевцами было обеспечение безопасности линий электропередачи. Опоры этих линий часто подрывали моджахеды, и населенные пункты оставались без освещения.

В уезде Суруби, где находилась ГЭС, построенная в прошлом советскими специалистами, также проводилась общевойсковая операция. Во время нее ликвидировали бандгруппу, оказавшую жестокое сопротивление. С тех пор несколько месяцев на гидроэлектростанции было спокойно.

Когда выезжали с проверкой по охране ГЭС, останавливались во дворце шаха, сбежавшего отсюда в неспокойное время. Изысканное здание находилось в очень красивом месте, около водохранилища, и никак не соотносилось с военной обстановкой в стране. Оно постоянно охранялось царандоевцами, и поэтому не было разрушено. Дворец настраивал на мирный лад, как и гостеприимство мирных жителей, которые радушно угощали фруктами, ароматным пловом и вкусными шашлыками, изготовленными по особым национальным рецептам. Но спокойствие в провинции рухнуло в один миг, когда с поля боя принесли наших израненных солдат. На них было невыносимо смотреть.

Надолго сохранился у него в памяти и другой трагический эпизод — гибель части отряда царандоя.

— Тогда, получив информацию о местонахождении бандгруппы и склада с оружием, вместе с участковыми инспекторами царандоя и солдатами афганской армии отправился в путь, — продолжил разговор Мосин. — Поход оказался неудачным. При въезде в горы танкисты-афганцы проявили небывалую медлительность, что привело к срыву операции. Заметив продвижение военных, моджахеды открыли огонь. Афганская армия поспешно удалилась, отказавшись вступать в бой. Я с царандоевцами оказался в засаде.

Погибли десять участковых инспекторов. Имелись раненые. С переводчиками и несколькими участковыми инспекторами мы с трудом вышли из окружения и стали собирать добровольцев, чтобы увезти из горной местности людей, получивших ранения. Попросил тогда помощь у советских частей. Наши вовремя пришли на подмогу. Раненых доставили в госпиталь.

Возвратился домой.

Александр Мосин уезжал из Афганистана в декабре 1984 года. Увозил с собой в Россию неспокойную память, фотографии, орден, медаль от правительства Афганистана, несколько зеленых камешков, не представляющих никакой денежной ценности, найденных во время общевойсковой операции в Суруби, где когда-то добывали лазурит. А еще национальный афганский костюм — чалму, рубашку, шаровары и подарок царандоевцев — двухлитровый термос. По приказу покинул страну — гостеприимную и жестокую, любознательную и суеверную, через которую издавна проходили караваны и торговые дороги, включая «Великий шелковый путь», а в наше время — тропу войны.

Как сказал об итогах афганской кампании генерал-лейтенант Борис Громов: «...не существует оснований для утверждения, что сороковая армия потерпела поражение, равно как и о том, что мы одержали военную победу в Афганистане. Войска выполнили те задачи, которые им были поставлены». Также и советники. Без них было не обойтись нашей армии.
Возвратившись на родину, Александр Мосин снова стал начальником отдела внутренних дел Половинского района. Потом возглавил учебный центр УВД Курганской области.

Позднее полковник в отставке начал заниматься профессиональным обучением частных охранников и детективов, организовав частное образовательное учреждение «Курганский центр подготовки Мосина».

Узнала, что этим выпускникам присущи четкость действий и умение адаптироваться в сложной ситуации. Так их обучал человек, побывавший на войне.

Выйдя на заслуженный отдых, Мосин А.Е. включился в активную работу по патриотическому воспитанию молодежи, неоднократно избирался в Совет ветеранов общественной организации органов внутренних дел Курганской области. За активную работу по патриотическому воспитанию Мосин А.Е. Российским Советом ветеранов ОВД и ВВ награжден орденом «За заслуги» и медалью «За активную работу по патриотическому воспитанию».

BLOG COMMENTS POWERED BY DISQUS